Родовая матрица страхов, переданная вам родителями

— Сегодня я наблюдала за собой, то есть за своими частями, которые творят. Я опоздала на семинар, хотя вроде бы делала все, чтобы прийти вовремя. Времени было в обрез, но я почему-то села в автобус, который увез меня совершенно в другом направлении. Когда я вышла, то поняла, что уже опоздала. Я стала задавать себе вопрос: «Что происходит?» И тут увидела уже знакомую мне часть: ей ничего не надо, никаких перемен, ей бы на диване полежать, а не исследовать ум. Более того, эти исследования — смерть для нее. Именно с творчеством этой части я и столкнулась. Только через это творчество я смогла ее рассмотреть.

— Видение есть действие: то, что ты видишь, ты можешь изменить. Всё из того, чего мы боимся, мы создаем в своей жизни. Я сейчас предлагаю вам рассмотреть модели жизни вашего отца и матери. Какую из этих матриц вы взяли для формирования сознательной части своей личности, а какую — для подсознательной? Посмотрите, чего они боялись, ведь именно эти страхи и передались вам. Страхи фиксируются в вашей личности и начинают реализовываться, причем всё это делается механически.

— В моей семье мать очень боялась отца. Этот страх передался мне: я тоже боюсь мужчин. Во-первых, я боялась отца, во-вторых, брата, мужа, начальника. Я выросла, а этот страх остается со мной. Вчера я почувствовала нечто новое. Вечером домой вернулся брат. Всегда первое, что возникало при встрече с ним, это страх. Порой я даже не знаю, что будет: будет ли какой-то разговор или вообще разговора не будет, может, мы будем находиться в разных комнатах, но страх я ощущала сильно, я чувствовала дискомфорт. Что-нибудь сразу начинало болеть, я начинала суетиться, так он проявлялся физически. В течение последнего года брат живет с нами в доме. Целый год я находилась в этом состоянии, я за ним наблюдала и оттачивала, отшлифовывала весь опыт страха. Вчера впервые, когда пришел брат, я почувствовала спокойствие. Я наблюдала это спокойствие, а ум начал суетиться. Я продолжала наблюдать, но находилась не в страхе, я находилась в наблюдении, это совершенно другое состояние. В итоге брат начал очень непростой для него разговор, я чувствовала уже не страх, а интерес. Разговор у нас получился, даже стал сердечным. Это событие было необычным для всех домашних. В итоге интерес к происходящему взял верх, и все собрались около нас с братом. Был спектакль двух актеров, а около них собрались зрители. Зрители молчали, интерес светился в их глазах. Я почувствовала азарт, я вела свою роль без страха, просто блестяще. Я удивлялась сама себе и радовалась, что могу быть не в страхе, хотя ум меня пытался возвратить в прежнее состояние. Я осознавала свой ум, я находилась вне ума, я была в точке наблюдателя. Это было радостное для меня состояние, благодарность разливалась по всему телу. Окончив разговор, мы встретились на миг глазами, я почувствовала в глазах брата потепление и благодарность. Я переживала эти же чувства. У меня ощущение, что я сдала очень важный экзамен, потом на меня нахлынули слезы радости. Я проходила экзамен на страх физического насилия мужчин. За этот год мы проходили разные этапы: мы дрались, молчали, ругались матом, а в итоге пришли к этому разговору, через который вышли на сердечные отношения. Это произошло впервые в моей жизни. Слезы радости и благодарности переполняли меня оттого, что наконец-то это произошло.

— Валя, ты проходила экзамен на следование намерению, на чувствование вибраций любви. В процессе ты находишься уже три года. Не просто входить в высокие вибрации любви, но еще сложнее их удерживать постоянно в себе, в них жить. А потом с ними входить в очень низкие вибрации, во всё, что было связано с отцом, братом, мужем: насилие, алкоголизм. Ты удержала вибрацию любви, ты даже дала брату ее почувствовать, его глаза потеплели. Он перепробовал все методы, чтобы вернуть Валю в вибрации страха: он пил, дрался, дебоширил, а она всё равно держит свое намерение. Что это за намерение? Что за сила такая есть в нем, что ничто его не берет? Этого умом не понять, это можно только чувствовать сердцем.

— Моё намерение вело меня, как стрелка компаса, я шла, ориентируясь на чувства.

— Это путь сердца, идущий через чувства. Например, стрелка компаса показывает на север. Когда ты придешь на север, то ничего физического ты там не увидишь. Столбик с табличкой, что это крайняя точка, туда поставили люди, имеющие очень чуткие приборы. Нужно быть очень чутким, чтобы это почувствовать. Именно это и произошло у вас с братом. Это очень сложный процесс — открытия в нем этих чувств, при этом тебе надо полностью, как подводнику, набрав кислорода, опуститься на огромную глубину страха.

— Я увидела в себе отцовскую программу насилия, она начала во мне работать по отношению к моей дочери. Дочь стала поздно возвращаться домой, я начала волноваться, кричать, даже отшлепать ее хотелось. Но потом я вдруг увидела, что делаю то же, что делал со мной мой отец: он деспотично требовал исполнения его правил. Я наблюдала за собой. По этой программе я должна делать то же самое, в принципе, я уже и начала это делать, то есть программа включилась автоматически. Я увидела это, а увидев, решила ее изменить. Через два дня, когда страсти улеглись, мы сели с дочерью и начали разговаривать без угроз, обвинений и страха. Я ощутила облегчение и удовлетворение, я почувствовала, что метод-то эффективный, он работает, действует. Спасибо!

— Я тебя поздравляю, изменение этих вещей является самым сложным. Они настолько мощные и прочные, они работают автоматически. Только через осознание можно их изменить. Это процесс не простой и не быстрый, нужно видеть все детали страха. Нужно стать самоисследователем, так как никто за тебя этого сделать не сможет.

— Это очень кропотливый процесс, я вытаскивала «ниточки», ведущие к каждой паре в нашем роду. Я работала в медитациях, только потом это начало происходить на физическом плане. Все родовые программы страха, насилия во мне активизировались перед семинаром. Я это принимала, я рассматривала происходящее с точки зрения наблюдения за программой и одновременного проживания, то есть погружения в нее. Погружаясь в нее, я ничего не могла с ней сделать: меня просто бросало из одной стороны двойственности в другую, выхода без осознания из этой программы просто нет, происходило механическое ее повторение.