Глава 3. Зависимая независимость

«Сегодня у меня в автобусе вытащили кошелёк…»

— Сегодня у меня в автобусе вытащили кошелёк. Я почувствовала это, увидела свою открытую сумку, знала, что вор перешел в переднюю часть автобуса. Первый порыв был активным, мужским — начать выяснения, но у меня времени в обрез, вора можно остановить, но в итоге я опаздываю на семинар. Тогда спрашивает внутренняя женщина: «Тебе это надо?» Я тут же отвечаю: «Нет, мне сейчас важнее время и проживание состояния отдачи». У меня был выбор, я его сделала, нет осуждения и вины. Я эти деньги вору просто дарю, я знаю за что. Состояние уравновесилось, качели двойственности остановились.

— Я сейчас вспоминаю, что с детства меня интересовала нищета. В детстве мне было интересно, как маленький кусочек хлеба люди могли растянуть на целый день. Я помню, что я также делила кусок хлеба и хотела прочувствовать их состояние.

— Видите, уже с детства была заявка на такой опыт.

— Человек счастлив тогда, когда получает удовольствие, неважно от чего: от пищи, секса или одежды. Я сейчас огромное удовольствие получаю от семинара. У меня состояние умиротворения, мне очень нравится то, что я здесь слышу. Может быть, я изъясняюсь несколько странно, но мне радостно видеть вас, слышать вас, понимать то, о чем вы говорите, — всё это доставляет мне огромнейшее удовольствие. Утром встаю, времени еще мало, смешно говорить, но я жду этих семи часов вечера, когда пойду на семинар. У меня создается впечатление, что здесь я такая, какая я есть, без масок, я не играю какую-то роль, то есть я говорю то, что думаю и чувствую, я не боюсь осуждения или непонимания. На работе, дома, с соседями я везде играю какие-то определенные роли, вполне ограниченные, я не могу выйти за рамки роли, меня там просто не поймут. Вы сейчас для меня близкие люди, которые принимают меня без всяких условностей. Это моё видение и чувствование. Ваши вибрации мне близки, я тянусь к вам, как подобное тянется к подобному. Когда этого я не встречала среди своего окружения, то чувствовала тоску, одиночество и безысходность.

— Когда первый раз ты пришла на нашу встречу после семинара, первое, что ты тогда сказала: это было ощущение детства и своей семьи. Я тогда подумала, что это наш человек, если она это чувство здесь с нами поймала — это живой человек.

— Мои чувства очень перекликаются с вашими. Люди, близкие мне по крови, родственники порой совершенно не чувствуют и не понимают меня. Вы близки мне по духу, по намерению.

— Я хочу сказать, что наше родство больше, чем родство по крови, это родство на уровне Духа. Об этом родстве и говорил Иисус. Здесь собираются люди с одинаковым намерением, потому что любые исполняемые здесь роли есть только роли: будь то сын, дочь или мать, всё это только роли. Ролевые игры всегда конфликтны, потому что у каждой роли своя правда. А в Духе нет конфликта, нет запрета. Вы испытываете радость самопознания — это самая великая радость, всё остальное является просто возможностью самопознания. Ты любишь всё, потому что всё приносит тебе радость самопознания, нет ничего такого, что тебе не было бы в этой работе полезным. Я использую для осознания всё, с чем встречаюсь, и таким образом соединяю самого себя.

— Здесь, на семинарах, идет наработка опыта игры на струнах своей души. Играя на струнах своей души, ты задеваешь другие души, они тоже начинают звучать, другой человек вдруг начинает чувствовать это.