Желания духовные и материальные имеют общий механизм

— Совершенно верно, То есть желания, связанные с физическими вещами реализуются именно в физических вещах и круг разговоров тех, кто их имеет сводится к тому, у кого шуба подороже, кто твой кутюрье, где машину приобрел. Это материально и конкретно. Вот я купил шубу за десять тысяч долларов, пойди и посмотри сколько она стоит, а на тебе что? Всего тысяча долларов. Потом другой приходит — у него шуба за двадцать тысяч долларов. Все крутится вокруг этого: больше денег — больше возможностей. Они хотят физического богатства, у них есть физические критерии этого богатства, они их сравнивают и поддерживают себя в состоянии желать хотеть большего.

Возьмем духовного человека. Духовный человек не акцентируется в такой степени на деньгах. Итак, возьмем сферу метафизичную: я более умный, я более просветленный, я более любящий, я более сострадательный. Таковы их желания и цели. Но у них остаётся сравнение с другими людьми в достижении этих целей и это порождает крутизну их личности.

— Ты больше будешь иметь знания.

— Но зачем тебе это?

— Для выживания в социуме.

— Значит для того, чтобы лучше выжить. Но получается то же самое. Богатый человек тоже хочет выжить, но для него выжить — это заплатить три тысячи за номер в гостинице. Духовные делают другой акцент, но механизм их желания работает точно так же.

— Там желания истинные, там есть механизм проверки, твое это желание или нет, в данный момент является ли это для тебя актуальным или нет.

— А что значит истинное желание?

— Ты можешь хотеть желать Мерседес, а ты продавец апельсинов или какой-нибудь пьяница-грузчик, который хочет стать балериной, это же неестественное желание.

— А что значит неестественное желание? Хорошо, какой-нибудь бомж хочет танцевать. Почему это неестественное желание?

— Но оно не достижимо.

— А кто сказал, что оно не достижимо?

— Мы возвращаемся к социуму. Есть определенные критерии балерины, она должна выглядеть, она должна танцевать и так далее, он просто реально не достигнет этого желания.

— То есть ему говорят, что он реально этого не достигнет. Посмотрите, если мы имеем представление о себе, как о том, кто меняет форму и может быть кем угодно, то нет ни одного желания неисполнимого. Но здесь, в данной реальности, другой взгляд на эти вещи. Если ты хромой, то не можешь быть хорошим танцором. Но ты хромой-то почему? Потому что у тебя есть желание быть хромым.

Что такое физическое тело? Твое тело это отражение твоего представления о тебе самом. Если ты изменишь, свое мышление и представления о себе, то изменишь и своё тело. Вплоть до того, что ты можешь стать из мужчины женщиной, из женщины мужчиной, из слепого зрячим и так далее, но это считается невозможным. Это и есть ограниченное мышление.

Общественное сознание действует в определенных ограничениях и она решает вопросы, исходя из этих ограничений. Но есть ли ограничения для Бога — человека, существа, которое может все? Если общественное сознание имеет ограничения и не рассматривает человека, как существо, которое может все, то личность верящая в это будет действовать в рамках таких ограничений. Если она выходит за рамки ограничений, то становится свободной.

Мы начали говорить о том, что в духовной сфере желания имеют тот же механизм, что и в материальной. Я желаю хотеть и поэтому нахожусь в состоянии противоположном желаемому. Я желаю желать быть просветленным, я желаю желать ходить по воде, я желаю желать иметь сакральное знание… Так что же это, как не тот же самый механизм желания?

А что происходит с человеком, который достиг того, что хотел? Тот, кто достиг, ему некуда больше идти. Если я хочу быть просветленным, то я все время буду двигаться к этому. Как только я стану просветленным, мне больше некуда двигаться. Как видите, что в материальной сфере, что в духовной, действует один и тот же механизм. И приемы, которые применяются для стимулирования этого механизма тоже идентичны и направлены на актуализацию желания «хотеть желать». Если мы это не увидим, то будем все время совершать движения по такой схеме желания, как белка бегающая в колесе.

А какая альтернатива желанию? Если кроме желания нет ничего, то мы вынуждены делать только это, в какую бы сферу мы ни входили, так как её механизм везде действует одинаково.

— А если я уже имею?