Глава 4 Триумф стервы

— У меня сегодня был интересный случай. Я выхожу гулять с собакой и слышу из-за двери голос соседки. Она пережила инсульт. И первой моей реакцией было отправить собаку в дом и пойти к ней. И вдруг я думаю: «Нет». То есть я увидела в себе жестокую стерву. Я добрая, всем помогаю всю жизнь, а тут у меня был порыв, и я пресекла его. Иду и думаю о том, что я испытываю. Я увидела эту старую женщину, лет семидесяти, которой была нужна моя помощь. Это моя старая больная часть. Ничего, подождет. Я увидела в себе жестокую стерву, и, что интересно, было спокойное, твердое проживание. Не было ни страха, ни стыда. Я осознанно проживала стерву, потому что всю жизнь, все сорок с лишним лет была добрая. А здесь я осознанно переступила через свою доброту и прожила десять минут жестокой стервы. В итоге я, не спеша, вернулась, а она уже у приоткрытой двери ждет меня. Я сказала, что заведу собаку; и опять интересно — ей не понадобилась срочная помощь. Ей нужно было померить давление каким-то новейшим аппаратом, на котором только кнопочку нужно нажать. То есть ситуация была выстроена тем, кто нас ведет таким образом, что я должна была увидеть себя стервой.

— А кто нас ведет? Они и создали бабушку на пороге?

— Естественно я понимаю, что никто не ведет. Это аллегория.

— Это не аллегория.

— Это моя двойственность.

— Смотрите, какая у меня черная работа. Я цепляюсь ко всем и к каждому. Я вам первый враг. Человек искренне, от всей души рассказывает что-то, а я раз — и прицепился к нему.

— Я сама создала эту ситуацию, чтобы прожить ее и прочувствовать. Естественно, это так.

— Надо разбираться с самим собой. Но очень неприятно, когда некто, типа меня, начинает привязываться к вашим словам и спрашивать, что вы имеете в виду. Потому что обычно человек не осознает, что происходит в его уме. Неприятно?

— Почему?

— Приятно?

— Вы просто прицепились, я вам ответила.

— Благонамеренная светская беседа продолжается. Все посмеялись, все замечательно.

— Им смешно — пусть смеются. Я ответила по импульсу. У меня было желание ответить так — я ответила.

— И я ответил по импульсу, вот мы и поговорили.

— Просто я очень часто чувствую, очень часто. И очень часто я действую по импульсу.

— Когда происходит диалог с кем-то, видно себя, свою такую упертость, но когда подобное происходит с тобой, то на себе полный стоп. На других действительно легче видеть.

— Вот и проживай. Поделилась. Ну что сделаешь? Называется — неудачно поделилась.

— Наоборот, это великая удача.

— Ты опять пытаешься превратить все в неудачную игру.

— Удача естественно.

— А где тогда твоя радость? Где чувство нескончаемой и бесконечной радости? Где оно?

— У меня.

— А почему она на твоем лице не отражается?

— А почему я должна делиться радостью?

— Вот именно. Зачем делиться ей со всякими? Я вам рассказала историю, а вы меня не поняли, ну и ладно. А в душе у меня радость.

— Стерва — она и есть стерва. Попробуйте троньте меня… Ваша власть кончилась, Сан Саныч. И вообще вы тут все заткнитесь! Все, хватит!

— Я сейчас в уголок отойду, а вы тут разбирайтесь сами.

— Я вам такой семинар сейчас устрою… быстро все осознаете. Сидят здесь… В Сочи это уже было: придут, рассядутся… Одна неумная болтает все семь дней, и все на нее смотрят, а потом уходят разочарованные. Здесь то же самое… У меня был запрос к этому семинару. Например, для меня было важно прочувствовать, что такое «мы все как одно».

— У меня вопрос к тебе: «Ты хорошо себя чувствуешь?»

— Классно.

— Смотри, ты одну нашу часть уже отделила. Это Сан Саныч.

— Я уже подошла к нему и поцеловала его.

— Неважно. Он до сих пор не в нашем кругу.

— Если бы мне физика позволила, я бы подняла его на руки и принесла бы сюда.

— Это не обязательно делать физически. Это можно делать по-другому. Что ты ощущаешь сейчас? Что ты к нему чувствуешь?

— Тогда я поясню. Дело в том, что у меня первоначальным чувством к Саше была безусловная любовь. Но я не прожила состояние ненависти к мужчине. Позавчера я так ярко прожила состояние «ненавижу», а сейчас опять люблю его.

— Сейчас ты это проявила.

— Что я почувствовала, то я и сделала, потому что так семинар проходить не может. Говорите ни о чем, понимаете?

— Это для тебя.

— Я и сказала, что я почувствовала.

— Сейчас ситуация достаточная или еще надо? Ты удовлетворена?

— Я удовлетворена.

— Смотри, одна часть до сих пор сидит в углу, а ты удовлетворена. Если ты ее туда посадила, то возвращай ее теперь сама же.

— Спасибо, Саша. Вы позволили мне выплеснуть все, что я чувствовала.

— Люда сказала, что хотела почувствовать единство. А зачем тебе это надо?

— Я вчера об этом и говорила. Ты, наверное, прослушала. Я говорила, что когда я была на втором московском семинаре, то прожила жуткое одиночество и поняла, насколько мы разобщены и насколько мы одиноки. У меня такое чувство было: как же так, если мы все — одно целое и каждый —часть меня и я — часть каждого, как это прочувствовать? Как это понять? Умом или чем? Как? У меня созрел такой запрос, и я уже ни о чем другом думать не могла. Как это прочувствовать?

— Ты хотела почувствовать, что такое единство, и выгнала меня из круга.

— Ощущение такое.

— Правильно. Иначе ум не может понять, что есть единство. Я сидел там — теперь я сижу здесь. Чтобы почувствовать, что такое быть вместе и как это хорошо, нужно почувствовать, что такое разделенность.

— Я когда была отдельно, я это и проживала.